На площадке Центра стратегических разработок состоялся «круглый стол» на тему «Индивидуальные программы социально-экономического развития как инструмент развития регионов».
В мероприятии приняли участие представители Минэкономразвития РФ, Института народнохозяйственного прогнозирования РАН, РАНХиГС, а также руководители экономических ведомств субъектов, участвующих в реализации индивидуальных программ развития (ИПР).
За «круглым столом» также были Председатель Кабинета Министров Республики Адыгея А. Керашев и член Совета Федерации от региона А. Наролин.
Участники встречи подвели итоги цикла 2020–2024 годов, обозначили задачи нового периода 2025–2030 годов и договорились о подходах к повышению эффективности и прозрачности программ.
Программы ИПР продлены до 2030 года по поручению Президента РФ. Они призваны стимулировать экономический рост и создать устойчивую финансовую базу регионов.
В цикле 2020–2024 ИПР среди десяти регионов была и Адыгея.

Программы дали ощутимый экономический и социальный эффект: поддержаны инвестпроекты в промышленности и АПК, развита инфраструктура индустриальных территорий, усилены меры поддержки МСП и туризма.
С 2025 года стартовал новый шестилетний цикл ИПР, также рассчитанный на десять субъектов, в числе которых и Адыгея.
В новых ИПР субъекты приняли решение направить почти весь объём финансирования — 98 процентов — именно в экономический блок, чтобы рост инвестиций и налогов позволил решать социальные задачи собственными силами.
Основной акцент — на снятие инфраструктурных ограничений, развитие промышленных парков, ОЭЗ и территорий опережающего развития, докапитализация региональных институтов поддержки МСП.
Участники «круглого стола» подчеркнули, что индивидуальные программы стали площадкой для практической стыковки инструментов развития — федеральных, региональных и муниципальных. Их гибкий формат позволяет регионам быстрее запускать проекты и эффективнее использовать ресурсы, формируя устойчивые точки роста.
«Программы индивидуального развития регионов не заменили собой нацпроекты и госпрограммы, но дали синергетический эффект. Они стали усилителем, а в ряде случаев — ускорителем реализации крупных инициатив. Ключевое преимущество ИПР — наличие «живых денег», которые можно направить прямо в экономику: на инфраструктуру площадок, на поддержку предприятий, на докапитализацию институтов развития. Там, где регионы грамотно комбинируют инструменты, показатели растут быстрее. За пять лет реализации ИПР в экономику субъектов привлечено в полтора раза больше внебюджетных инвестиций, чем планировалось», — подчеркнул директор департамента региональной политики Минэкономразвития Д. Косткин.
Региональные примеры подтверждают эффективность подхода.
В Адыгее по ИПР была реконструирована дорога «Даховская — плато Лаго-Наки» и укреплены берега реки Белой, обеспечена транспортная доступность курорта.
В новом цикле ИПР предусмотрены субсидии на инженерные сети для новых туристических площадок.